Состав группы

Интервью с "А-НА" по случаю выхода концерта "Homecoming" на DVD

Когда вы были детьми, что для вас значило стать знаменитым в Норвегии? Что вы слушали в то время?

Пол: Ничего, абсолютно ничего. Я имею в виду, что радио играло не больше часа в неделю, и только поп-музыку.

Магне: Когда мы росли, была единственная радиостанция, поэтому я бы не сказал, что нас завалили огромным количеством различных стилей.

Мортен: Меня интересовали совершенно другие вещи. Я был погружен в разглядывание насекомых, бабочек и т.п. Представляете, я переворачивал все встречные булыжники и камни, которые только встречал, чтобы понять, что под ними. Это именно то, что действительно занимало все мое время и воображение.

Пол: Я ходил по музыкальным магазинам, просто смотрел на обложки и представлял себе, какой бы могла быть музыка. Я мог спросить: "Можно это послушать?", а потом стоять там пол дня, пытаясь понять… ну, вы понимаете…

Магне: Пластинки сыграли важную роль. Мы прогрессировали и открывали новые группы, и мы действительно вырабатывали наше собственное видение. Мы действительно должны были искать свое.

Мортен: Нет такой музыки, которую я впервые услышал и помнил бы до настоящего момента. Я играю на фортепиано и не слушаю радио. А потом, мой двоюродный брат вернулся из Англии и привез альбом Uriah Heep. Кажется, это было в 1974 году, и эта музыка потрясла меня до глубины души.

Пол: Я помню, что первая запись, в которую я действительно вслушался, была что-то вроде Burt Bacharach. Затем Hendrix стал одним из первых купленных мной альбомов. Позже я приобрел еще несколько альбомов Steppenwolf и Hendrix записи 60-х.

Магне: Первая запись, которую я более-менее отчетливо помню, была какая-то фиолетовая демо-версия, принадлежавшая Jimi Hendrix. Это была доступная в те времена музыка, и она стала настоящим наваждением.

Мортен: Я решил создать группу, и на тот момент я не знал, были ли в Норвегии другие группы. И я думал про себя: "Странно, это должно быть так потрясающе - стать первым, кто подумал о создании группы в Норвегии!" Конечно же, вокруг были сотни групп…

Сколько вам было, когда вы впервые подумали: "Я собираюсь создать свою группу, я хочу сделать это своей карьерой, или по крайней мере увидеть, смогу ли я это сделать"?

Пол: Я не знаю. Понимаете, создание песен всегда мне легко давалось. Однажды на своем пути я встретил вроде как конкурирующую группу. И только когда я их встретил, я понял, что я тоже писал песни! Это открытие скорее походило на "О, так вот как это называется?" Я очень рано стал писать стихи и тому подобное.

Как долго вы знакомы с Полом?

Магне: С тех пор, как нам стукнуло 12 и 11 лет.

Так вы - друзья со школы?

Магне: Да, мы учились в разных классах, но мы жили очень, очень близко друг от друга.

Пол: В основном, он был соседом. Просто он жил в двух или трех домах от меня, у него была своя группа, а у меня своя. В то время я играл на ударных.

Магне: Отец Пола сделал ему подобие барабана из картонных коробок, и он устраивал импровизированные концерты на террасе. Я смотрел на них и думал: "Это потрясающе! Я должен поговорить с этими парнями". Им я объяснил, что у моего дедушки есть усилитель, а у меня - гитара. А если у тебя это было, ты мгновенно становился незаменимым человеком!

Пол: Он играл на гитаре, и мы прошли через пятьдесят разных составов группы, проверяя, как это будет звучать. Я перешел на бас и попытался играть на клавишных. Это стало именно тем, что вело нас в нашей карьере, потому что в своей игре мы показывали не только технику. Мы научились играть на многих инструментах, может быть, на половине всех существующих.

Магне: Итак, мы погрузились в 60-е, начиная с The Beatles и постепенно двигаясь к более тяжелому направлению, то есть Jimi, Janis и The Doors, останавливаясь на этом стиле. Именно они оказали огромное влияние на все наши многочисленные группы со странными названиями. Самой долгоживущей группой оказалась The Bridges.

Мортен: Мне кажется, мне было 20 или даже 19, когда я впервые услышал их игру. И это стало поворотной точкой для меня, потому что к тому моменту я переходил из одной группы в другую, но ничто не указывало на то, что результат мог бы выйти за пределы Норвегии.

Я где-то читал, что Мортен сказал: "Великая группа, но вам нужен хороший солист". Это правда?

Пол: Зависит от того, что вы под этим понимаете.

Конечно, зависит. Но я не имею в виду, позитивно это или негативно, если кто-нибудь подходит к вам и говорит что-нибудь в этом роде. Но в любом случае, знали ли вы его до этого?

Пол: Я в общем-то не знал. Я думаю, Магс знал его лучше меня. Он очень увлекался Queen и другой подобной музыкой, а меня это не интересовало.

Мортен: Я видел, что это было что-то особенное, и я знал, что это был международный уровень. Но я также знал, что им нужно было, чтобы я у них пел (смеется), но ничего не сказал. Мне кажется, нужна была еще пара лет…

Пол: У нас были большие планы, и мы собирались в Англию - попытаться записать что-то действительно стоящее.

Магне: Мы встретили Мортена примерно за год до отъезда. В то время он учился, поэтому мы не могли ждать его. Так что мы уехали и попытали счастья самостоятельно.

Мортен: Мы искали друг друга не для простого совместного написания музыки, а ради вдохновения. Ради того, кто мы на самом деле, да.

Магне: В этом парне по имени Мортен что-то было, что-то указывало на него. Наверное, нам следовало вернуться обратно в Норвегию, хотя бы на пару недель, и попытаться записать несколько демо. Именно это и произошло.

Итак, как долго вы были вместе в составе a-ha до того, как вышел этот сумасшедший сингл? И тут все началось…

Мортен: Этот сумасшедший сингл был первой вещью, которую я услышал в их исполнении, - аккорды из Take On Me.

Как он назывался до того, как они собирались назвать его…?

Мортен: Тогда он назывался Lesson One (смеется), но нам название не нравилось. Собственно, это и не было названием, просто рабочий заголовок, так что мы придумали гораздо лучше.

Что именно?

Мортен: Take On Me!

Я не могу представить, на что это могло бы быть похоже. Итак, вы образовали группу и все такое, написали Take On Me, и потом внезапно, практически за одну ночь, происходит взрыв! Успех, Америка, Англия… Как вы все это выдержали?

Пол: Ты настолько счастлив, потому что к этому моменту уже в течение двух лет люди говорят тебе: "Вы будете так загружены, что можно просто сойти с ума", а на самом деле ты настолько уставший, что хочется просить все на произвол судьбы. Ты слышал это столько раз, что больше в это не веришь, а когда это реально случается, ты не устаешь даже после десяти месяцев. А потом ты начинаешь говорить: "Стоп, это уж слишком!" После нескольких интервью в Японии с десяти утра до десяти вечера, полчаса, полчаса, полчаса, полчаса… Понимаете, в тот момент мы были очень молоды и могли двигаться долгое время без остановки… Но это становится потрясением, когда ты получаешь номинацию на Grammy, доходишь до такого уровня. Ты смотришь на других людей, а они настолько переживают из-за тебя, что ты сам становишься нервным.

Магне: Я не думаю, что я действительно это "выдержал". Я делал вид, что легко с этим справляюсь в течение длительного времени. Это было что-то вроде панического страха в течение долгого времени. Я думаю, что большинство вещей, которые произошли с момента распада группы, имели место потому, что мы все страдали от ударной волны после первых лет.

Мортен: Все неожиданности в твоей жизни вращаются вокруг телохранителя. Он присматривает за тобой, а все заканчивается тем, что он чистит тебе зубы. Ты входишь и выходишь в аэропорты и отели очень быстро, перестаешь пользоваться вестибюлями и центральными входами. Ты входишь только через черный вход. Нет времени обдумывать вещи и обнаруживать, правильно ли ты поступаешь. После шести месяцев всего этого мы действительно начали уставать, и мы не были счастливы от того, что мы делали, потому что мы делали это впустую. Понимаете? В конце концов это очень больно нас задело.

Что вы имеет в виду? Как долго это вас задевало?

Мортен: В тот момент, после шести месяцев, мы действительно были полностью истощены, измучены, и нам надоело ничего не делать. Мы не были группой, не было никакой отдушины, ничего. Все, что мы делали - позировали для фото или вообще не позировали.

В каком самом странном месте вы когда-либо оказывались?

Пол: Я думаю, в Ливане. Это было в Бейруте. Наверняка сейчас они построили там много всего, но тогда он был полностью разрушен. Стены номера в отеле были покрыты сетью пулевых отверстий. Я помню, как на сцене прямо над головой Магса была большая дыра от гранаты, закрытая бетоном. И не было никакой уверенности в том, что эта пломба не обрушится с грохотом. Поэтому он отошел назад на десять шагов (смотрит назад): "Куда он делся?"

Магне: Мы также что-то изменили и в самой Норвегии. Мы изменили… Я не знаю, возможно, оно бы изменилось и без нас, но я думаю, что с нашей помощью исчезла какая-то неловкость за отсутствие в мире чего-то истинно норвежского. И потом каждый встречный, у кого был контракт со звукозаписывающей компанией, собирался стать самой большой находкой с момента изобретения хлеборезки, и конечно ничего подобного не происходило. Поэтому мы стали относительной новизной в 80-е.

Представляю, как, должно быть, сложно общаться теперь с друзьями и семьей. Наверное, они знают вас с детства, а для самих себя вы все еще "тот самый Джонни", имеющий отношение к какой-то группе. И вот тебе на! Как это было, очень тяжело?

Пол: Да, потому что они вероятно изменились даже больше, чем мы сами, и для нас это немного странно, потому что мы не чувствуем эту разницу. Это конечно же потрясающе - успех и все такое, но это выглядит гораздо более эффектно и гораздо более значимо со стороны. Будучи норвежцами, мы пытаемся сгладить это. Оглядываясь назад, мы сделали много… чего-то такого… чего достигают совсем немногие группы. Это был успех, которого нечасто достигают в бизнесе.

На что больше всего походили ваши туры в те первые годы? Было ли это похоже на те сумасшедшие рок-н-рольные истории, о которых говорят люди? Происходило ли то же самое с a-ha?

Магне: Скорее нет. Я помню пресс-конференцию на Пикадили, незадолго до мирового турне. Я выглянул в окно, а там была толпа людей, заблокировавших все кольцо вокруг Пикадили, и конечно же английский полицейский в самой типичной униформе. Я помню, как за одну секунду в моей голове пронеслась мысль: "Да, это действительно произошло", но с тех пор турне стали… я не знаю, я никогда в реальности не позволял себе быть… я был слишком впечатлительным во время самого первого турне. Понимаете, я не играл по-настоящему. Было слишком много всего, что я бы хотел изменить, или мне не нравилось, как я играл, или мне просто не нравился статус группы. Слишком многое изменилось, а я сожалел об этом. Сейчас мы скорее уважаем то, как классно это может быть, и мы действительно хотим делать это как можно лучше, да мы и чувствуем себя более свободно, более уверенно. И я думаю, что именно это влияет на аудиторию.

Мортен: Сначала мы слишком часто полагались на синтезатор и т.п. Я даже не знаю, на что похож был наш звук! Вероятно, это было ужасно!

Вы когда-нибудь забывали слова на сцене?

Мортен: Когда-нибудь? На постоянно! Да-да…

И как вы выходите из положения?

Мортен: Самое лучшее - "впадать в спячку" как только выходишь на сцену, потому что тогда ты делаешь все инстинктивно. Момент пробуждения очень опасен, понимаете? Нет, я, конечно же, шучу, но постоянно происходит одно и то же: ты на автопилоте, но когда тебя разбудят, то есть когда ты просыпаешься, ты выходишь из этого состояния, и тогда сразу же задаешь себе вопрос: "Упс, где это я?" Эта странно, потому что ты вроде и не здесь, ты как бы в другой комнате где-то еще.

Магне: Мы очень быстро адаптировались к тому статусу, который был нам присвоен. Я вернулся обратно в Норвегию в 92-ом, и я думаю, мне нужно было попытаться узнать ту страну, которую я покинул более чем… я уверен, все, и люди в том числе, радикально изменились, но я даже потратил несколько лет, пытаясь общаться с теми же людьми, с которыми общался до отъезда. Я пытался быть скрытным по отношению к моей жизни. Но в конце концов все равно приходится принять, что все изменилось, и просто привыкать к новому положению вещей. Это не так уж и сложно.

Итак, потом последовало нечто вроде маленького разрыва, и вы вроде как стали двигаться каждый свои путем и делать свою собственную карьеру. Как произошел этот разрыв… было ли это что-то вроде "ты мне не подходишь" или же это был просто внутренний голос, подсказавший, что надо двигаться самостоятельно?

Пол: Я думаю, это наш последний альбом в 1992 году. Мы больше не хотели выпускать только синглы. Мы хотели сделать больше, чем просто альбом, глубже погрузиться в исполнение. Мы вроде как чувствовали, что 90-е приближаются, и мы хотели уйти и сбежать от собственного эхо, а может просто упростить его. Это очень сложно - изменить то, что представляет собой атмосферу вокруг нас, и в то же время оставить всех фанатов. Я был абсолютно счастлив от всего происходящего, но я думаю, что a-ha базируется на определенном уровне успеха. Мы с этого начинали, и я думаю, что такую дорогу пройти достаточно сложно. Лично мне нравится выбранный путь.

Магне: Одна из основных причин нашего возвращения с высоко поднятыми головами - это тот факт, что многие из наших современников осознавали, что мы были очень серьезной группой, и очень серьезно относились к тому, что мы делали. И тот статус, который у нас был все эти годы, сформировался благодаря тому существенному влиянию, которое мы оказали, когда впервые появились. И он оставался с нами все эти годы.

Что вы испытали, когда к вам обратились по поводу концерта в честь Нобелевской Премии мира?

Пол: Они это делали два или три года подряд. В конце концов, стало уже как-то странно отказываться. Это скорее перешло в естественный вопрос: "А что мы собираемся исполнять?" Это было главное. Мы не могли просто выйти и сыграть какую-нибудь старую песню, мы не хотели исполнять какой-нибудь мусор. Так что это было бы просто здорово представить что-то написанное специально для этого события. Я был просто счастлив возникновению этой песни - Summer Moved On.

Мортен: Я отнесся ко всему очень скептически просто потому, что мне действительно нравилась сольная деятельность, и мне нравилось то, что я делал. В 1995-ом я записал альбом, который принес мне много пользы, и это было тогда, когда я начал писать сам, и это было именно то, что я хотел делать и куда хотел двигаться. Для меня возвращение в a-ha означало много, много шагов назад в любом случае.

Пол: Мне кажется, мы по-настоящему боялись, что воссоединение могло бы повлечь очень быструю перегрузку, поэтому на самом деле мы хотели избежать всего этого. В итоге мы продолжали говорить друг другу: "Ладно, может мы просто сделаем это, одну только песню". Все было очень деликатно, всего лишь проверка, опробование.

Мортен: Мы все вроде как колебались, понимаете? Когда я услышал демо, когда я услышал пять или шесть песен, все сильно изменилось, потому что это было дыхание группы, которую я хорошо знал. И тут я по-настоящему испугался, потому что я был очень уверен в том, что хочу делать все самостоятельно. Но в то же время я знал, что это тоже что-то значило для меня, и чувствовал, что правильнее было бы рискнуть, или по крайней мере, присмотреться поближе.

Магне: И только по прошествии этих семи лет, сейчас мы чувствуем, что стоило попытаться вновь соединиться и посмотреть… потому что прошло уже достаточно времени, чтобы мы могли обернуться назад и сказать: "Среди всех наших записей можно найти нечто совершенно потрясающее, и нечто абсолютно ерундовое, так что это нужно скорее отпраздновать, чем безуспешно пытаться забросить все пережитое в дальние уголки памяти".

Последний вопрос: когда вы смотрите на фото 80-х, вы смеетесь или плачете?

Пол: Это смех, переходящий в слезы!

Больше ничего не говорите, это великолепно! Огромное спасибо!

Перевод Миланы Айзенберг
 
Тренажер детский baby gym беговая дорожка купить sport78.ru.

Новости

09.04.2016 Концерты звезды итальянской поп-музыки Эроса Рамазотти, запланированные в Армении, Эстонии и России отменены. Певец должен был представить зрителям этих стран свое новое шоу «Perfetto», ко...
29.02.2016 Популярное российское издание «Аргументы и факты» опубликовало список столичных мартовских концертов, которые ни в коем случае нельзя пропустить заядлым меломанам. Итак, что же рекомендуют...
17.02.2016 В сентябре 2015 года легенда мировой поп-музыки группа «A-ha» выступила на знаменитом музыкальном фестивале «Rock in Rio». Их концерт длился всего лишь час, но был очень энерги...
21.12.2015 В США недавно опубликовали новые данные, исходя из которых на сегодняшний день наиболее продаваемой пластинкой в мире признана работа Майкла Джексона «Thriller», увидевшая свет в 1982 го...
07.12.2015 В ноябре вышел долгожданный альбом норвежского трио «A-ha» под названием «Cast in Steel», который был приурочен сразу к двум юбилеям этого легендарного коллектива....
28.11.2015 10 декабря в мэрии Осло произойдет торжественное вручение Нобелевской премии мира за 2015 год, а на следующий день состоится праздничный концерт по этому поводу....
13.11.2015 6 ноября состоялась премьера новых приключений самого знаменитого шпиона в мире Джеймса Бонда в картине «007: Спектр». Одной из составляющих многолетнего успеха этой франшизы является му...
29.10.2015 Как сказал однажды клавишник группы «A-ha» Магне Фурухольмен, сочинение песен для коллектива – одна из составляющих его ДНК. После того, как этот талантливый норвежец придумывает о...
07.10.2015 Свой первый альбом группа из Шотландии «Chvrches», исполняющая музыку в стиле синти-поп, выпустила в 2013 году. Дебютная пластинка «The Bones Of What You Believe» получилась ше...
03.10.2015 Поклонники Сергея Лазарева с нетерпением почти 3 года жаждали услышать и увидеть его новую работу «The BEST». Шоу состоится 12 ноября на одной из наиболее престижных московских сцен - в ...